Архитектура Чехословакии ХХ век. Градостроительство. Градец Кралове Комплекс школ. Злин Общий вид центральной части города. Прага Район Баба Колония вилл. Брно Поселок индивидуальных домов на Желтом холме - История архитектуры

    Развитие промышленности и укрепление экономических позиций монополистического капитала сопровождались в Чехословакии бурным ростом городов. Особенно быстро росли индустриальные центры, такие, как Прага, Брно, Оломоуц, Плзень, Острава, Братислава. Огромное градообразующее значение для Праги имело превращение ее в столицу государства. Развитие городов Чехословакии шло за счет роста уже сложившихся населенных пунктов путем уплотнения застройки и расширения пригородов, а не за счет возникновения новых поселений. Несмотря на то что процент городского населения в стране возрос за 40 лет XX в. почти вдвое, общее количество городов в Чехословакии осталось практически неизменным.

    С целью упорядочения застройки Праги и создания генерального плана города была учреждена специальная комиссия, которая провела несколько широких конкурсов на планировку и застройку отдельных частей города. Разработанные проектные предложения послужили основой для создания генерального плана Праги, законченного в 1938 г.

    Наиболее удачными работами по развитию системы центральных ансамблей Праги были застройка Дейвиц и комплекса «Под Эмаузами». Первая из них (1922) была осуществлена по проекту проф. Антонина Энгла, который создал жесткую геометрическую композицию плотно застроенных монументальных блоков, группирующихся вокруг единого центра — просторной подковообразной площади, и расходящихся от нее лучевых магистралей. Архитектурный ансамбль «Под Эмаузами», включающий в себя площадь Палацкого, был осуществлен по проекту проф. Б.Гибшмана. Несмотря на сравнительно небольшие размеры, он имел принципиальное значение, определяя новый подход к сочетанию старой и современной архитектуры.

    Решая задачу объединения в едином ансамбле одного из выдающихся архитектурных памятников Праги — монастыря Эмаузы (на Слованех) — и новых административных зданий, Б.Гибшман решительно отказался от стилизации последних «под старину». Он расширил пространство площади, широко раскрыв ее в сторону реки, а в глубине симметрично разместил невысокие корпуса министерства. В разрыве между этими зданиями со спокойными и строгими очертаниями фасадов выступает стоящий на высокой террасе монастырь. Свободный взлет его основных объемов контрастирует с горизонтальными линиями новых зданий, заставляет остро чувствовать единство и соподчиненность всех элементов ансамбля.

   Большое практическое и теоретическое значение для развития чехословацкого градостроительства 1918—1945 гг. имела деятельность Йозефа Гочара в Градце Кралове. Йозеф Гочар рассматривал город с прилегающими к нему - окрестностями как единую взаимосвязанную систему. Особенно ценным в проекте планировки Градца Кралова была органическая связь между городскими ансамблями и рекой, которую редко удается осуществить в практике капиталистического градостроительства. По-своему важен и своеобразен созданный Бочаром комплекс школ в этом городе, воплотивший особенности нового подхода к организации пространства, взаимосвязи зеленых массивов и застройки (1926—1927).

    Проблема сочетания древнего исторического центра с районами новой застройки, а также более широкая задача упорядочения строительства и объединения в целостную систему стихийно возникших разновременных и разнохарактерных частей города стояли также перед архитекторами при разработке генеральных планов Брно, Братиславы и других быстро растущих центров.

    Несколько обособленно в практике чехословацкого градостроительства межвоенного периода стоит г. Злин (Готвальдов). История Злина во многом характерна для городов Европы и Америки, хотя в самой Чехословакии нет другого такого же яркого примера воплощения капиталистических, предпринимательских тенденций. В течение пяти столетий этот небольшой город, расположенный в узкой долине Бескид, почти не развивался, зато с 1920 по 1940 г. в результате расширения обувных предприятий крупнейшего чехословацкого фабриканта Бати население здесь возросло с 4 до 44 тыс. человек. По существу, был выстроен новый город, в котором отразились градостроительные тенденции того времени: свободная, бесквартальная система застройки, сочетание многоэтажных и малоэтажных зданий, оригинальная композиция центра города, ориентированного на производство и состоящего из огромного административного корпуса, 14-этажного здания гостиницы (арх. В.Карфик), кинотеатра на 2300 мест (арх. Ф.Л.Гагура), универсальных магазинов и ряда других сооружений.

    В работе над генеральным планом Элина в разное время принимали участие крупные архитекторы Ян Котера, Ле Корбюзье, Ф.Гагура.

    В застройке города главенствующую роль играют многоэтажный административный корпус и здание гостиницы, предназначавшейся для приезжающих в «империю Бати». Выделяется еще один комплекс — здания ремесленных школ, принадлежавших тому же фабриканту.

    Характерно, что многие прогрессивные в своем существе градостроительные прие: мы в конкретных условиях Элина были направлены на реализацию далеко идущих планов Бати, разработавшего крайне реакционную теорию организации «идеального» промышленного частнопредпринимательского города. Батя полностью подчинил себе и безраздельно контролировал городское хозяйство, строительство и общественную жизнь Элина. Для рабочих фабрики строились типовые дома, плата за которые шла тому же фабриканту. Батя монополизировал всю торговлю и обслуживание населения Элина, что позволяло ему не только диктовать условия предоставления коммунальных услуг и увеличивало зависимость рабочих от предпринимателя, но и создавало для него дополнительный неиссякающий источник прибылей, так как все, что он платил своим рабочим, неизбежно возвращалось к нему.

    Жилая часть города была достаточно безлико и аморфно застроена кубическими домиками на две семьи, которые шаблонно располагались на склонах холмов в шахматном порядке, создавая однообразный стереотип застройки.

    В 20-е и 30-е годы в застройке городов Чехословакии большой интерес представляли районы вилл и малоэтажных зданий. Они располагались на территории более свободно, чем доходные дома, в планировочной системе, согласованной с рельефом местности и окружающей природой. К числу лучших примеров такой застройки можно отнести район Баба в Праге с индивидуальными домами, свободно вписанными в зеленые склоны крутого берега Влтавы (1928, проф П.Янак), и поселок из индивидуальных домов, рассчитанных на несколько семей, построенный в Брно на Желтом холме в 1932—1935 гг. по проекту арх. И.Кумпошта.

    Своеобразную планировку получил пражский комплекс малоэтажных домов Споржилов (1926). По существу, это был первый опыт строительства в Чехословакии крупного, задуманного как целостный ансамбль, массива типовых малоэтажных домов. Авторы (планировка — арх. И.Барек, проекты домов — архитекторы И.Бертл, К.Поливка, К.Брожек) сумели создать экономичную и рациональную систему застройки, свободно и живописно организовать ее вокруг общественных зеленых массивов.