Архитектура Франции XX век. Градостроительство. Руасси-ан-Франс Аэропорт Пари-Нор. Орли Аэропорт. Париж Комплекс Дефанс, Дом радио - История архитектуры

    В конце 60-х годов, одновременно с расширением аэропорта Орли, началось строительство специально оборудованного для приема самолетов-гигантов аэропорта Пари-Нор. Расположенный в 25 км от Парижа, в Руасси-ан-Франс, Пари-Нор занимает территорию 3 тыс. га. Все его аэровокзалы смогут пропускать ежегодно до 40 млн. пассажиров и несколько миллионов тонн груза. 60 тыс. человек понадобится для функционирования огромного комплекса аэропорта, осуществление которого во многом изменит экономический и социальный облик района. Подобно Ронжису, аэропорты Орли и Пари-Нор представляют собой «сверхкомплексы», сама количественная характеристика которых (размеры, мощности, число занятых людей, сложность и разветвленность системы обслуживания, строительство сопутствующих учреждений) придает им градообразующие свойства.

    Центр Дефане — Нантерр — первый из городов-спутников, строительство которого (намеченное Директивной схемой) началось в 1965 г. в районе Дефанс по проекту архитекторов Р.Озеля, Б.Зерфюса, Р.Камело и Ж.Ж.де Майи. Это одна из самых крупных строек послевоенного времени, связанных с реконструкцией Парижа. Новый район, представляющий собой деловой центр столицы, средоточие крупнейших французских и международных фирм, располагается к западу от города, на продолжении оси Елисейских полей между мостом Нейи и Рон-Пуан-де-ла-Дефанс.

    По проекту административные и конторские здания должны в нем сочетаться с жилыми и общественными (фактически к 1970 г. намеченное соотношение конторских (800 тыс. м2) и жилых зданий (около 5 тыс. квартир) под давлением требований рентабельности имеет тенденцию к изменению в сторону увеличения количества конторских зданий (площадь помещений — до 1,5 млн. м2), их этажности (до 45—60 этажей) и сокращения площади жилья, паркингов, садов). Комплекс Дефанс образует компактная группа 25—30-этажных конторских зданий и 5—12-этажных жилых. Первый их ярус (2—3 этажа) занимают магазины, рестораны, учреждения культурно-бытового обслуживания.

    В ансамбль входит построенное в 1958 г. здание Национального центра промышленности и техники CNIT (архитекторы Камело, Зерфюс, де Майи), напротив которого предполагается построить башню, состоящую из четырех корпусов, объединенных в нескольких уровнях платформами. Треугольное в плане, покрытое опирающимся на три точки сводом-оболочкой, огромное, здание CNIT (пролет между его опорами равен 206 м) создает контрастное дополнение высотной группе однородных по объемам зданий, не нарушая при этом их масштабного строя. Весь комплекс объединен обширной эспланадой, для устройства которой был использован холмистый рельеф местности с разницей отметок 22 м между Рон-Пуан-де-ла-Дефанс и ложем Сены.

    Подобно району Дефанс, по комплексной программе, включающей кроме конторских зданий жилые и общественные, проектируются новые деловые кварталы Парижа (фронт Сены, Берси, площадь Италии и др.). Каждая из этих строек предполагает коренное переустройство прилегающих кварталов и транспортных связей. Многоэтажные здания этих ансамблей, отдельные башни, возвышающиеся над городской застройкой, вносят изменения в силуэт Парижа, становятся ориентирами иного, более крупного масштаба. Ряд перемен в городском ландшафте повлекла за собой и реализация в 60-х годах 36-км периферийного бульвара — большой артерии, связывающей ведущие в город магистрали национального значения. Образуя кольцо скоростного (до 80 км) движения, бульвар становится вместе с тем элементом, разъединяющим город и его предместья, несмотря на попытки смягчить это противоречие.

    Бульвар изобилует инженерными сооружениями (мостами, виадуками, крытыми траншеями и т.д.), большими и сложными развязками. Широкий разворот их петель, стремительное и вместе с тем плавное слияние различных уровней создают особый пространственный эффект, вносят элемент динамики в городской пейзаж. Масштаб этих сооружений отвечает масштабу строящихся в Париже крупных комплексов зданий, требующих все более развитой инфраструктуры. Расширение пространственной сферы — «искусственная почва», заглубленные в землю этажи, характерные для новых ансамблей, — находят в инженерных сооружениях периферийного бульвара продолжение и поддержку.

    Среди построенных в 50—60-х годах зданий, размеры и современный облик которых постепенно меняют силуэт и масштабность Парижа, следует назвать Дом радио (1959—1963, арх. А.Бернар, р. 1912). Здание расположено на берегу Сены и объединяет в одно целое три концентрических корпуса и прямоугольную в плане башню: наружное кольцо (высотой 36 м), где находятся приемные для артистов и публики, административные бюро с обслуживающими помещениями; низкое промежуточное кольцо, включающее залы для концертов и телеспектаклей, большие студии; внутренний двор, представляющий собой скорее узкий круговой обход вокруг центрального, цилиндрического технического корпуса; башня (30х15х65 м) — хранилище дисков, магнитофонных лент, архива радиовещания.

    В конструкциях наружного корпуса, а также в покрытиях-оболочках больших залов и студий применен предварительно напряженный железобетон (сборные элементы в первом случае и литой бетон во втором). Фасады облицованы алюминием, светлая матовая поверхность которого подчеркнута более темными мозаичными вставками на больших вертикальных полотнищах.

    По своему назначению Дом радио — это прежде всего завод, где вырабатываются программы радио-и телепередач и где производственный процесс является определяющим. Вместе с тем Дом радио — общественное здание, место контактов с публикой, спектаклей, концертов. Каждая из этих функций требует самостоятельного развития, отсюда прием сопоставления отдельных частей, а не распределения их в пределах единого объема. Архитектурный облик Дома радио отражает двойственный характер его назначения.

    Не выходя за пределы строгого функционализма, архитекторы нашли ту меру в выявлении специфики сооружения, которая позволяет ему занять место в городской среде, несмотря на разрыв в масштабе с окружающей застройкой: массивный цилиндрический объем здания врезается в нее как замкнутый в себе, живущий самостоятельной жизнью организм. Поэтажные членения наружного фасада смягчают этот разрыв, сближая Дом с прилегающими зданиями, в то время как сплошная ребристая поверхность башни, видная издалека, так же как и ее силуэт, «работают» на дальние расстояния, отвечая другому, более крупному масштабу современного города.